Сьогодні: 12 серпня 2022 02:00

Часовий пояс UTC+03:00




Створити нову тему  Відповісти  [ 4 повідомлень ] 
Автор Повідомлення
 Тема повідомлення: Саша Шулерман
ПовідомленняДодано: 22 вересня 2014 13:38 
Judge
Аватар користувача

З нами з: 12 лютого 2005 15:54
Повідомлень: 705
Звідки: у бомжа печенье? о_0
От себя : Автор - top_lap выкладывает каждую часть раз в несколько дней, ждал с нетерпением.
Есть уже 6 частей этого рассказа.

И так, часть первая :

У всех есть знакомый или знакомая, которые живут с семейкой, где есть змей, змея и змейка. А некоторые живут в семейках, где вообще полный террариум различных двуногих прямоходящих «гадов». Я, как не исключение из общих правил, частенько влетал в такие семьи, но Бог меня, дурака, хранит, поэтому я пока жив, здоров и свободен.

Давным-давно, была у меня девушка-еврейка. У нее была сестра-еврейка, папа-еврей, мама- еврейка, бабушка, дедушка, тетя, дядя, бывший муж тети, короче до * писюна * различных родственников у нее было, и наверно до сих пор есть. Маленькая кошерная частичка Израиля на просторах нашей многострадальной Родины. Девушка была довольно симпатичная, не глупая, работала в какой-то нефтяной компании и все у нас было * вырезано цензурой *, до того момента, пока не наступил май месяц.

Пока страна готовилась к празднованию 9-го мая, я активно наполнял себя бухлом, чтобы 8-го числа, в день своего 25-летия быть в щи. Древний русский аттракцион под названием «наебать время». Если ты не помнишь день рождения, его как бы и не было, а значит, ты не постарел и все * вырезано цензурой * – значит ты смог наебать время. Вот так примерно я рассуждал тогда, выпивая очередную рюмку с приятелем. Не успели первые капли алкоголя коснуться моего языка, как раздался звонок:

- Але, але, Саш? – послышался голос Лены.
- Да! Чего тебе?
- Ты чего делаешь?
- Я? Обсуждаем с приятелем перманентное состояние души русского человека в бесконечном пространстве унылого бытия.
- Бухаешь?
- Почему сразу бухаешь?
- А у тебя только два состояния за последний месяц: бухаешь или спишь!
- Короче, ты мне лекции позвонила прочесть?
- Нет. Поехали на дачу?
- На моей даче сортир на улице. Для твоей кошерной жопы неудобненько будет.
- Поехали на мою.
- Чего я там забыл?
- Туалет тебе цивилизованный покажу, – усмехнулась она.
- До * писюна * умная?
- Была бы умная, с тобой не связалась!
Я сделал паузу, типа обиделся, сука…
- Ладно, собирайся, заеду через час! Да, и приведи себя в порядок!
- Лен, у меня завтра день рождения вообще-то.
- Вот и хорошо, встретишь его в нормальном обществе, а не с приятелями-алкашами своими. Все, пока, – и она положила трубку.

Я осмотрел приятеля-алкаша, который взглянул на меня мутным взглядом.

- На дачу меня тащат, – пожал я плечами.
- К-к-к-а-р… к-к-к-а-р…
- Чего?
- К-к-к-картошку что ли копать собрался? – с третьего раза выдавил из себя приятель.
- Типа того.
- К-к-к-а… к-к-к-а…
- Ну да, картошку, – закончил я за него фразу.
- Н-е-е-е-т! К-к-к-каблук ты!
- Ладно, собирайся и уебывай, она скоро приедет, – я встал из-за стола и пошел умываться.

Пока я кое-как приводил себя в порядок, приятель собрал все бутылки и съеб в туманную даль подъезда. Слава Богу, он не заметил четвертинку бутылки коньяка, который я и употребил, чтобы было легче переносить Ленкин треп и нравоучения. Через час красавица уже стояла в дверях:

- Ну? Собрался? – оглядела она меня.
- Вроде…
Она прошла в квартиру осмотрела спортивную сумку, затем открыла ее.
- Это что? – достала она спортивный костюм Адидас.
- Спортик, что ж еще.
- Другого нет?
- Был где-то.
- Возьми его, а то в этом ты как гопник с района будешь выглядеть.
Я вытащил один спортивный костюм и засунул в сумку другой:
- Лен, слушай, может перед дорожкой, как говорится, высвободим сексуальную энергию одних и заполним ею лоно других, а? Чего с балластом-то ехать?
- Позже!
- Какой к херам позже?
- Саш, ну не время сейчас, ехать пора. Нам еще в магазин надо. Смотри лучше, что я тебе купила! – и она достала небольшую коробочку.
- Типа ты мне предложение делаешь? А потом! Круто! Давай на колени, – улыбнулся я.
- Дурак! Смотри, это цепочка и звезда Давида. Хотела тебе завтра ее подарить, но лучше ты ее сразу надень.
- Лучше для чего? Я вообще-то крещеный!
- Не важно, при папе лучше будь со звездой. Не спорь! – и она надела мне на шею звезду Давида.

Сразу после этого ебаться как-то резко расхотелось, а все мысли стали только о деньгах.

- Ну как? – спросила она.
- Не знаю, чувствую, как пейсы отрастают! И дико хочется кого-то наебать! – улыбнулся я.
- Хватит шутить! Посерьезнее, ладно?
- Лен, а ничего, что евреи обрезанные должны быть? Или ты мне при подъезде к даче чикнешь?
- Тебе никто в штаны лезть не собирается, успокойся.
- А если мы с твоим батей в баньку намылимся? Простынку раскрою, а там!.. Ба, мать моя женщина, православная мотня и русский * вырезано цензурой *! Что делать тогда прикажешь?
- Не пори чушь! Да, и отец у меня по баням не ходит.
- И водку не пьет и баб не ебет, – полушепотом сказал я.
- По поводу выпивки… Прошу тебя, не напивайся!
- С вами напьешься, – вздохнул я.
- Саш, я очень прошу.
- Яволь, май фюрер! – поднял я правую руку вверх.
- Да, и без этих националистических шуточек, – опустила она моя руку.
- Ясно, ни вздохнуть, ни пернуть. И еще кто-то про Холокост говорит, – улыбнулся я.
- Все, бери сумки и поехали!

Поскольку с Леной мы жили раздельно, и бюджеты у нас были разные, то и по магазинам, понятное дело, мы вместе не ходили. Но именно там, в этом храме колбасы, сыра, соленых огурцов и выпивки можно понять всю суть жизни с девушкой, воспитанной в еврейской семье. Нет, мы не искали кошерную еду, мы * вырезано цензурой * себе мозги, рассматривая каждую упаковку по 10 минут. И спорили, спорили, спорили…

- Вот зачем ты эту свиную колбасу взял? Ты посмотри, сколько тут жира!
- И что?
- И то! Я такую не ем, сестра не ест. Дедушке и бабушке жирное нельзя, папа свинину не ест, мама на диете. Дядя Боря и дядя Сеня не любят колбасу этой фирмы, тетя Роза и тетя Софа не любят продукты с различными красителями и наполнителями…
- Стоп! – не выдержал я.
- Что?
- Я для себя ее беру, для себя, ок?
- Не ок! То есть никто, значит, ее есть не будет, а ты будешь сидеть и жрать свиную колбасу?
- Да!
- Нет! Положи ее на место.
- Я на свои деньги куплю.
- Да? Ну, хорошо, тогда бери, - очень быстро согласилась она.
Но самая драма развернулась возле отдела с алкоголем.
- Ты что это набрал? – застукала она меня за переносом коньяка, пива и вина в тележку.
- Это седативные вещества в стеклянной таре. Лучшее средство для того, чтобы пережить «долгожданную» встречу с твоей семейкой.
- Саша, я тебе же сказала, что пить ты не будешь!
- Да? А что я буду делать? Бегать по участку и звездой Давида, аки бык племенной колокольчиком, потряхивать?
- Я все сказала!
- Я на свои куплю, – прибегнул я к старой уловке.
- Деньги мне отдай!
- С хера ли стена Плача ебнулась?
- Так, или ты выкладываешь весь алкоголь обратно или ты никуда не едешь!
- Вот сейчас не знаю плакать мне или радоваться? С одной стороны я особо никуда и не хотел ехать, а с другой, если я останусь в этом райончике, да со звездой Давида на шее, долго я не проживу, не успею даже такси поймать, как местный «бомонд» мне * вырезано цензурой * выпишет, - улыбнулся я
- Выкладываешь?
- Нет.
- Да.
Так продолжалось минут пять, пока в наш разговор не вмешался какой-то мужик:
- Молодые люди, вы бы не могли подвинуть свою тележку.
- Да, извините, – и я подвинул телегу.
- Разрешите, – мужик протиснулся между нами и стал разглядывать водку.
- Все, выкладывай, я сказала, - продолжала диспут Лена.
- Нет!
- Ты же алкоголик уже!
- И что? Кого это ебет, кроме тебя и здравоохранения РФ?
- Хм, девушка, вы извините, но праздник все-таки. Такой день великий – 9-е мая! – не отрывая взгляда от бутылок, сказал мужик.
- У него каждый как 9-е мая!
- Да потому что вокруг меня такие, как ты! С вами каждый день как на передовой.
- Вот-вот, типичная речь алкоголика!

Есть категория баб, которые разборки по поводу пьянок, гулянок, да и просто косяков, устраивают всегда в общественных местах. Публичности им, * девушка легкого поведения *, не хватает. Просто дома тявкать не интересно, нужно дождаться удобного момента, собрать вокруг себя побольше народу и зарядить тираду на час о том, какой мужик козел. Вот Лена нечто подобным и страдала. Не понимая одну простую вещь: всем до * вырезано цензурой *, пьет у тебя мужик, бьет или гуляет. Твой мужик – твои проблемы. Реальная жизнь – это не психологические форумы, никто поддакивать и сопереживать не будет.

- Ладно, зачем тебе столько? – начала давать она заднюю.
- Ну, пивко в машину, ты же знаешь, когда баба за рулем, я нервничаю. А остальное – так, для поддержания тонуса. Да и стресс надо снять.
- Какой у тебя стресс?
- Какой? Ты из меня два часа назад еврея сделала!
Мужик отвлекся от бутылок и посмотрел для меня. Не каждый день ведь видишь новоиспеченного сына израилева.
- Хватит чушь пороть! Бери, что хочешь. Только умоляю, не напивайся! – и Лена зашагала вдоль стендов, выбирать очередную херню.
- Эка вас угораздило! – покачал головой мужик.
- Не сцы, прорвемся! Они еще увидят русские танки в Тель-Авиве! Но посаран! – и я зашагал вслед за Леной, везя перед собой огромную телегу.

Тщательно разделив покупки и соответственно счета, мы вышли на паркинг закидали пакеты в багажник и поехали в сторону дачи, которая находилась по Горьковскому направлению. Ленка что-то без умолку трещала под тихую музыку одной из радиостанций, я пил пиво и смотрел в окно, предвкушая встречу с многочисленным семейством. Проезжая какой-то поселок, Ленка немного превысила скорость, не заметив лежачий «полицейский». Машину тряхнуло, и пиво ударило фонтаном, залив мои портки и сиденье, благо оно было кожаным.

- Саша!
- Что? На дорогу, блин, смотри!
Тут откуда ни возьмись, на дорогу выскочил мент и палкой показал на обочину.
- Ну вот! Все из-за тебя! – злилась подруга.
Она открыла окно, мент подошел, представился и попросил документы.
- Превышаете… - протянул он. - А что это у вас там? И пахнет. Алкоголь что ли? – и мужик чуть ли не полностью засунул голову в салон машины.
- Бухаю! – показал я бутылку пива.
- Да это я вижу. Вообще-то открытый алкоголь в машине… - покачал он головой.
- Командир, ну а как без него? Ты войди в моё положение, – отпил я пива из горла.
Мент удивленно посмотрел на меня.
- Жена моя будущая, – показал я на Ленку. Вот едем с родителями знакомиться, она спешит, а я нервничаю!
- Это не повод… - не договорил мент.
- Да я все понимаю, но и вы поймите! Там семья еврейская, а я русский, они только за обрезанного дочь замуж выдадут, вот и едем на обрезание перед всей родней!
- Саша! – взвизгнула Лена.
- Тихо! Представляете? Страшно же! - сделал я страдальческую рожу.
- Прям там? – покосился мент.
- Угу. Прям чик-шлеп и всё! – я повесил голову.
- Да-а-а-а, – протянул мент.
В этот момент по радио заиграла 7/40
- Вот, видите, даже эта балалайка против меня! – показал я на магнитолу.
- Ладно, – отдал он документы. Езжайте, только осторожнее. И это, мужик, ты крепись давай, не раскисай, - поправил он фуражку.
- Живыми мы им не дадимся! – я сжал кулак и поднял его над головой.
Мы тронулись с места и поехали дальше.
- Саш, ты прекратишь идиотничать? Или напился уже?
- А что? Сэкономил бабло, между прочим.
- В принципе… - Лена умолкла, когда речь зашла о деньгах.
Было уже затемно, когда мы доехали до поселка, въезд в который закрывал шлагбаум.
- Я сейчас тете Софе наберу, она ключи принесет, – достала телефон Лена.
- Пойду пока в кусты.
- Ты до дома потерпеть не можешь?
- Не могу! Пока твоя тетя дойдет, я уже обассусь.
- Тут культурный поселок, по кустам никто не гадит!
- Значит, придется его испортить. Внести, так сказать, нотки деревенского жития в быт элитного коттеджного поселка, – я вышел из машины.

Пока я бегал и искал подходящее деревце, уже пришкандыбала тетя Софа. Две бабы стояли возле машины и что-то живо обсуждали. Я расстегнул тенниску, чтобы было видать мой «охранный» амулет от праведного еврейского гнева родственников, и направился к ним.

- Вот, тетя Софа, это Саша, – представила она меня.
Тетя Софа оценивающе посмотрела на меня.
- Саша Шулерман, шалом, тетя Софа, - и я наклонил голову.
- Хм. Шалом, Саша… Шулерман. Интересная фамилия… - покачала она головой.
- Ой, тетя Софа, сам радуюсь! Каждый день, как Бар-мицва!
- Никак не вырастите? – покосилась она на меня.
- Почему? Все выросло давно. Но в нужных местах. Все, что надо, уже давно чик-чик, – улыбнулся я.
Тетя Софа посмотрела на Лену, вздохнула и сказала:
- Ладно, проезжайте к дому. Лен, родители уже спят, не стоит их будить, переночуете у меня, – она открыла замок, который запирал шлагбаум.
Мы сели в машину и тронулись в сторону дома.
- Что ты несешь? – посмотрела на меня Лена.
- А что? Рано или поздно меня спросили бы про фамилию. А поскольку я подделываюсь под еврея, значит, я шулер, вот и получается – Шулерман! – усмехнулся я.
- Все шутишь?
- А что, плакать что ли?
- Саша, какая Бар-мицва!? Ты хоть знаешь, что это?
- Праздник ваш какой-то, – пожал я плечами.
- Это день, когда мальчик официально становится мужчиной! Если вдуматься, ты сказал следующее: каждый день я из мальчика превращаюсь в мужчину.
- Если смотреть на это под другим углом, то в какой-то мере каждый мужчина каждый день становится «мужчиной». Кстати, у меня уже три дня не было этого волшебного превращения, – и моя рука скользнула по Ленкиной коленке.
- Убери руку! Будешь так себя вести, твоя правая рука тебя «мужчиной» будет делать! Саша, блин, Шулерман…

Мы доехали до дома, и я начал выгружать и таскать в коттедж бесконечные сумки и пакеты. Тетя Софа, которая собирала на стол, только и повторяла: «Ну, зачем так много? Зачем так много?» Сама же при этом была безгранично счастлива, что ее два холодильника мы забили под завязку, ни взяв при этом ни копейки. Присев за стол, я открыл бутылку коньяка и разлил его по рюмкам.

- Я не буду, я вино! – сказала Лена.
- Ой, я наверно тоже, – и тетя Софа отодвинула рюмку.
- Ну, ваше право. А я бахну с дороги!
- Я смотрю, вы любитель выпить? – пристально посмотрела на меня тетя Софа.
- А кто же не любитель? Сам Эйнштейн пил! - поднял я рюмку вверх.
- Да-а-а-а?
- Конечно! А как он еще изобрел теорию, которая ни хрена никому не понятна, но ее мало того, что на бис приняли, так еще и денег кучу отсыпали?
- Хм, я физикой 35 лет занимаюсь, но даже не думала над этой теорией под таким углом, – задумалась тетя Софа.
- Тетя Софа, вы слушайте меня, мы с вами такие открытия сделаем, что они там в своем Нобелевском комитете обосрутся, пардон, от нашей гениальности.
- Саша! – дернула меня за локоть Ленка.
- Ладно, налейте мне чуть-чуть, – улыбнулась тетя Софа.

Мы выпили, закусили. Тетя Софа, оказывается, очень даже употребляла свиную колбасу, забив хер на красители и наполнители. На халяву, как говорится, и маца – французский багет. Так мы просидели около часа. К дому подъехала какая-то машина.

- А вот и Боря! – обрадовалась тетя Софа.
- Мы пока перекурим, если вы не против? – встал я из-за стола.
- Да, конечно. В беседку можете пройти, только стряхивайте пепел в белую пепельницу, красная – Борина, ему очень не нравится, когда гости там тушат свои бычки.
- Как Лео прям! – улыбнулся я.
- Кто, простите? – спросила тетя Софа.
- Кот мой, он в белый лоток ссыт, а в красный, ну вы понимаете…
- Саша! – дернула меня за руку Лена.

Сидя в беседке, я заметил мужика, который нарезал круги возле соседского забора, то и дело поглядывая в сторону тети Софы и дяди Бори, которые в свете фонариков, аккуратно расставленных по участку, обсуждали новый газон.

- Сосед какой-то у вас странный.
- Это не сосед. Это дядя Семен, бывший муж тети Софы.
- И чего он там бродит?
- Он еще любит тетю Софу и каждое лето снимает соседскую дачу, чтобы быть поближе к ней. Они не живут вместе, но все праздники мы отмечаем вместе, – пояснила Лена.
- * вырезано цензурой *, Санта-Барбара! Не хватает только главы семейства в коме. Дед у тебя как, нормально? В кому не собирается? – усмехнулся я.
- Дурак!
- Как ты тх всех не путаешь? Тети, дяди, сватья, братья… Жуть, – поежился я.
- Не знаю, – пожала плечами Лена. Я тебе больше скажу, дядя Боря и дядя Семен работают в одной компании, мой начальник – бывший муж тети Розы, ты ее еще увидишь, а нынешний ее муж работает с моим отцом. А мой дедушка, когда-то встречался с бабушкой начальницы Машки – это моя сестра родная.
- * вырезано цензурой *, вы все перееблись… Я вообще ни боком ни раком в эту всеобщую оргию не вписываюсь, – покачал я головой.
- При этом мы все дружим, и у нас прекрасные отношения! - добавила Лена
- Еврейский Дом 2, ни дать ни взять, – потушил я бычок.
Мы пошли в сторону дома.
- О! Молодежь! – и дядя Боря растопырил руки в приветствии.
- Привет, дядь Борь, – и Ленка обняла огромную волосатую тушу.
- Это Саша… - представила меня Ленка.
- Шулерман, – добавила тетя Софа.
- Очень рад, очень рад, – пожал мне руку мужик. А вы случайно не сын Миши Шулермана? Софа, ну ты помнишь Мишу, у него прекрасный антикварный салон. Мы там картины покупали!
- Нет, я другой Шулерман, – смутился я.
- Очень жаль, очень жаль, а то я бы передал привет Мише! 1000 лет его не видел. Золото, а не человек! Такую хорошую скидку тогда сделал, Софа, ты помнишь?
- Борь, может, уже в дом пойдем? А то Семен так и сверлит взглядом, – сказала тетя Софа.
- Ой, а он тут? Я без очков, что-то не вижу. Сеня, добрый вечер, мы кушать! – крикнул дядя Боря в темноту.

Вытащив очередные пакеты из машины, мы вернулись за стол. Дядя Боря приказал поставить на стол графин водки, так как считал, что данный продукт не только самый чистый, но и приобщает людей к русской культуре, так как сказать, помогает понять основное народонаселение страны. А понимать его надо только для того, чтобы потом наебать. Мы выпили за встречу.

- Ой, сейчас такую хохму вам расскажу, умрете! – начал рассказ дядя Боря.
Итак, еду я в сторону дачи, останавливает меня милиционер, видит, что машина дорогая, значит, думает, что Борю можно развести на купюры. Но я, как законопослушный человек, останавливаюсь, предъявляю права. Он долго смотрит в них, а потом говорит:
- Что-то много вас сегодня тут проезжает. Слёт что ли?
Я делаю удивленное лицо. Он это замечает и поясняет:
- Представляете, пару часов назад машину остановил, а там парня жениться на еврейке везут. Но не просто везут, а хотят ему прямо перед свадьбой обрезание сделать.
Я со смеху чуть к Аврааму не отправился.
- Они думают, что если ты себе там что-то отрежешь, то ты уже еврей, представляете?
В этот момент Ленка покосилась на меня. Я лишь опустил глаза вниз.
- Что погрустнели молодежь? Нам резать ничего надо, у нас все в порядке уже! – и дядя Боря хлопнул меня по плечу.
- Более чем, более чем… – улыбнулся я.

Посидев часа два, мы отправились в гостевую спальню, которую нам предоставили гостеприимные хозяева. Совершив вечерний мацион, мы легли в кровать. Я начал приставать к подруге.

- Саш! Не надо. За стенкой тетя Софа и дядя Боря.
- И что? Я, в отличие от вашей семейки, выступаю в парном разряде.
- Слышно все!
- Да что слышно-то? Раз, два, три и «елочка» загорится праздничными огоньками, никто и не чухнется.
- Нет, Саш! Давай завтра. У родителей дом больше и моя комната там в другом конце от спальни родителей.
- Да, блин, в доме твоего бати у меня вообще полный штиль будет.
- Почему?
- Да потому! Как представлю, что я в его доме тебя наяриваю, он мне сразу с семисвечником в руках представляется.
- С чем?
- Ну, блин, с вашей это фигней, куда вы свечки втыкаете.
- С минорой что ли?
- Может и с минорой.
- И что?
- И то! Хуряит он мне ей по башке в порыве гнева!
- Ну у тебя и фантазии! – рассмеялась Ленка.
- Ну, так что?
- Ничего! Спать! – и она отвернулась в другую сторону.

Ночь выдалась беспокойной, всю ночь мне снился Ленкин отец с минорой, дядя Боря с ножницами и таинственный дядя Сеня, который постоянно наблюдал за мной. Все эти сабжи хотели сделать из меня натурального Шулермана, что приводило меня в неимоверный шок. За кошмарными снами наступило утро…

Продолжение следует...

_________________
No need to speak up I was ignoring you!


Востаннє редагувалось 22 вересня 2014 14:16 користувачем -=Дыр-Дыр=-, всього редагувалось 1 раз.

Догори
 Тема повідомлення: Re: Саша Шулерман
ПовідомленняДодано: 22 вересня 2014 13:40 
Judge
Аватар користувача

З нами з: 12 лютого 2005 15:54
Повідомлень: 705
Звідки: у бомжа печенье? о_0
Часть 2




Утро и день рождения я встретил неожиданной мыслью: «* девушка легкого поведения *, продукты-то мы все распихали в холодильники тети Софы и дяди Бори! Что же теперь, опять ехать в магазин и закупать еду уже для холодильника родителей Лены? Опять траты?» Таки звезда Давида возымела свое действие. Ни до, ни после этой поездки, к кому бы я ни приезжал, на дачу или просто в гости – я не просыпался с мыслью о деньгах, еде и прочей ерунде, которая омрачает отдых любого настоящего мужчины. Я, сука, лежал с открытыми глазами, смотрел в потолок и думал о том, как забрать продукты! Лена проснулась, оглядела меня и крикнула:
- С д-н-е-м р-о-ж-д-е-н-и-я!
- Угу, – буркнул я.
- Ты чего?
- Да, так… – все так уставившись в потолок, лежал я.
- О чем думаешь?
- О продуктах…
- О чем?
- Лен, ну вот смотри, мы продукты оставили у твоей тети Софы, а сегодня переезжаем к твоим родителям. Значит опять закупать еду надо? Опять тратить деньги?
- Саш, ты меня пугаешь! – Лена явно не ожидала от меня такой тирады.
Нет, смех смехом, но я не лукавлю, в тот момент я реально думал о жратве и бабках. С кем, как говорится, рыбу фиш кушаешь, того и слушаешь. Атмосфера, царящая вокруг, накладывает отпечаток и на мысли, и на сознание, и на действия.
- Я серьезно. Вот смотри, припремся мы к твоим родителям, и что объедать их будем? А продукты наши законные, между прочим, тю-тю. Вон, как твоя тетя Софа и дядя Боря мою свиную колбасу вчера точили! Фирма не та, наполнители, усилители – батон за милую душу. Только едала трещали на весь поселок.
- Тебе колбасы жалко?
- Дело не в колбасе, а в том, что у меня такое ощущение, что меня где-то поимели, а где – я понять не могу!
- Ой, Саш, вот вечно какую-то херню порешь, – вздохнула Лена.
- А что ты хотела? Создала «фракенштейна», будь готова к ужасам реальности.
- Ты же Шулерман? – улыбнулась она.
- Тем более, это еще страшнее. Кстати, у меня, по-моему, не только мысли меняются, но и тело. Волос больше стало, мошонка сама собой пропадать начала. Вот, потрогай!
- Ф-у-у-у-у, Саша!
- Срочно! Срочно! В леса и поля русские бежать надо! К березоньке белоснежной губами прильнуть, водки жахнуть и над песней всплакнуть! – рассмеялся я.
- Дурак! – улыбнулась Лена.
- Ладно, я в душ, – я спрыгнул с кровати и, надев спортик, пошел в ванну.
Поскольку ванная комната была хозяйская, то и шмотки там лежали тети Софы и дяди Бори. Я оглядел небольшой туалетный столик, на котором были какие-то вещи, книжки, среди них была кипа, которую, наверно, носил дядя Боря. Меня всегда живо интересовало, как они их крепят? Я аккуратно взял ее и надел себе на голову, затем посмотрел в зеркало.
- Таки да! – произнес я. Гони бабки нашей еврейской семьи, сраный макаронник! – вспомнил я цитату одного из гангстерских боевиков. Бдыж-бдыж-бдыж! За Израиль всех порвем! - изобразил я два Кольта в руках.
В этот момент дверь распахнулась, на пороге ванной комнаты стоял заспанный дядя Боря. Я забыл закрыть дверь.
- Ой, извините! – я снял кипу и положил ее обратно.
- Да, за ради Бога! Вам, кстати, очень идет! - он взял кипу со стола и протянул ее мне. Носили когда-нибудь?
- Я в таком районе живу, что если кипу надену, меня в ней и похоронят.
- Ясно. А вы знаете, что они все разные?
- Ну да, видел, есть очень даже симпатичные, а есть просто тряпочные.
- Э-х-х-х, Саша, симпатичные девушки бывают, а кипа – нарядная или будничная. Обычная, тканевая или бархатная кипа носится повседневно, вязанная, как вот эта, например – символ особого отношения к Израилю, атласная или, как вы выразились, «симпатичная» - праздничный вариант. Сейчас еще появились кожаные кипы, но их в основном молодежь носит.
- То есть, у вас особое отношение к Израилю?
- Не совсем. У вязаной кипы есть еще один символ – она показывает особое отношение девушки к парню, ну или женщины к мужчине. Эту кипу мне связала Софочка.
В этот момент мимо проходила Лена:
- Саш, ты еще не принял душ что ли?
- Да, мне тут дядя Боря про кипу рассказывает.
- И что?
- И то! Иди, вяжи мне кипу, чтобы показать свое особое отношение ко мне!
- Забавный вы, – усмехнулся дядя Боря.
- А как она крепится? Покрутил я в руках кипу.
- Ну, кто-то крепит на заколку, а вообще, головой вертеть меньше надо и вперед смотреть, тогда ничего спадать не будет, – улыбнулся дядя Боря. Символ кипы в том, что над тобой всегда кто-то есть.
- Короче, на каждую хитрую жопу всегда найдется хер с…
- Саша! – рявкнула Елена.
- Правильно мыслите, молодой человек! – рассмеялся дядя Боря.
- Вы не слушайте его, он порой мелет, сам не понимая что, – смутилась Ленка.
- За потоком слов порой приходит мудрость, так же, как в спорах рождается истина! – дядя Боря на секунду замолчал. Таки вы в душ или как? А то я сейчас себя чувствую, как в далеком детстве, когда возле ванной с утра собиралась вся коммуналка и часами слушали байки дяди Яши Зибермана. Проще было в Израиль к стене Плача смотаться и слезами верующих умыться, нежели утром в нашей коммуналке.
- Выгнать его не могли? – спросил я.
- Во-первых, дядя Яша просыпался раньше всех и занимал ванную комнату, а во-вторых, дядю Яшу все очень уважали, в силу того, что еще Мишку Япончика знал. Ладно, принимайте душ, а то мы так до следующего праздника будем стоять и разговаривать. Мне Софочка сказала, что у вас сегодня день рождения! Так что, Мазаль тов ле-йом оледэтха! – пожал он мне руку.
- Да-а-а-а, ничего особенного, – смутился я. У меня каждый день, как день рождения.
- Это как? – покосился на меня дядя Боря.
- Утром встал – вот и родился! Если не встал – значит помер, – улыбнулся я. А вообще, казаку всё едино, что тьма, что полтина!
Лена и дядя Боря переглянулись.
- Ладно, я в душ, всем рукапожимаю! – и я закрыл дверь.
Наконец-то приняв душ, я приоделся (ну, как приоделся… кепку надел в дополнение к спортивному костюму) и спустился вниз. Там уже во всю кипела «работа». Тетя Софа, как еврейский спринтер, металась по кухне, собирая на стол, Ленка, как могла, помогала ей. Но по лицу тети Софы было понятно, что племянница больше мешает, нежели помогает.
- О, Саша! – заметила меня тетя Софа. Поздравляю вас!
- Спасибо, – смутился я. Лен, я в беседку…
Я вышел на улицу и пошел в сторону беседки, чтобы перекурить насыщенное утро. Только я расположился на лавке и закурил, как возле забора нарисовался дядя Семен, который, услышав, что входная дверь хлопнула, тут же выскочил из дома и опять начал «патрулировать» границу участков. При этом он пристально разглядывал меня, как будто я ему чемодан шейкелей задолжал. Я сделал вид, что не замечаю его, но пристальный взгляд дяди Семена заставлял то и дело поворачивать в его сторону голову. После нескольких минут этих переглядок, дядя Семен как бы нереально начал подзаебывать. Как все это выдерживал дядя Боря – я ума не приложу! Я бы этого дядю Сеню ушатал, если бы он только приблизился к моему забору. Но тут, как говорили в незабвенном фильме, «были высокие отношения!». А со своим Евангелием, как говорится, в чужую синагогу не ходят. Не успел я додумать мысль, как меня окликнул еле слышный голос:
- Разрешите вас на секундочку?
Я повернулся в сторону дяди Сени.
- Меня? – включился во мне Шулерман.
- Да-а-а-а. Я, вроде бы, здесь, кроме вас, никого не наблюдаю, – ответил дядя Сеня, но для большей уверенности все же посмотрел по сторонам.
Я встал и было направился к нему, как он осек меня:
- Вы бы сигарету потушили, вдруг пепел уроните на газон, Софочка ругаться будет. А я не переношу дыма, у меня астма!
- Еб твою мать, минору тебе в жопу, - матерился я про себя, чтобы ни в коем случае не ранить и без того раненного в самое сердце престарелого «Ромео».
Потушив сигарету в нужной пепельнице, я пошел к забору, аккуратно ступая по изумрудному газону, как по ковру.
- Семен, – протянул он руку через забор.
- А отчество? – пожал я руку.
- К чему эти условности? Просто Семен. Семен Фитерман – так я известен в определённых кругах, ну, вы понимаете…
-Не совсем.
- Не важно, пусть это будет маленькой тайной, – и дядя Сеня сделал хитрую рожу. А вы?
- Я? Я Саша, Саша Шулерман.
- Ну, понятно, что не Иванов, – усмехнулся дядя Сеня, намекая на мою звезду Давида – на мой, «пропуск» в потаенный Мир избранного народа.
Я стоял, смотрел на него и не мог понять, чего этот полудурок хочет от меня? Наебать? А может, ему тоже, продукты нужны? А может, денег попросит? Может, он из тех евреев рода «отдам», которые до ста лет живут?
- Вы гость Софочки? – спросил он.
- Нет, я, скорее, гость Леночки. С тетей Софой у нас и возраст, и весовые категории разные.
- Зря смеетесь, молодой человечек. Пышные формы украшают дам! А с годами вино становится только лучше. Такие дамы пышут здоровьем и благосостоянием.
Да уж, если Лена будет с такой скоростью рубать колбасу, как тетя Софа, то она ее за пятилетку по формам догонит и перегонит. Только вот благосостояния не будет, все на колбасу спустим, – подумал я.
- Не знаю, я в этом плохо разбираюсь, – пожал я плечами.
- Вы, наверно, в курсе моей грустной истории? – он заглянул мне в глаза.
* вырезано цензурой * было бесполезно, поэтому я кивнул.
- Вот только подумайте! Только подумайте, какой прохвост! Увел! Увел мою розу!
- Вы и на тете Розе были женаты? – удивился я.
- Нет, конечно, нет. Вы как будто не слушали меня, молодой человек. Я же Вам говорил, я предпочитаю пышных дам, а Роза… Роза, как Леночка. У них вообще эта «ветка» не задалась. Готовят плохо, едят мало… А-а-а-а! Вы подумали?.. – и дядя Семен рассмеялся.
- Просто я не всех родственников еще видел, – пояснил я.
- Ой, тогда у вас еще столько открытий впереди!
- Звучит как угроза, – усмехнулся я.
- Нет-нет, мы все дружим! – поднял руки вверх дядя Семен.
Неожиданно он изменился в лице и спросил:
- Ну, и как он Вам?
- Кто? – спросил я.
- Боря! Кто ж еще? Софочка говорит, что у него настоящая мужская харизма! А где она? Где, я вас спрашиваю? Джип себе этот огромный купил, а мне до сих 5 тысяч должен! А по нынешним временам, 5 тысяч – это сумма, скажу я вам! Настоящий мужчина долги отдает. Вы согласны?
- Так, напомните ему. В чем проблема-то?
- А я что, секретарша ему, напоминать? Да и не в деньгах даже дело. А в том, как он это сделал. Вероломно подкрался, пока я был в командировке, и увел Софочку!
В голове пронеслась мысль: «* вырезано цензурой *, чушок. В такой семейке ебалом не щелкают. Тут не то, что бабу уведут, имущество все вынесут и банковский счет обнулят, пока за пачкой сигарет ходишь. А потом скажут: мы все дружим!»
- Ну а что? Жопу поднял – место потерял! – выдал я.
Этот ответ явно не понравился дяде Семену, поэтому он насупился и процедил сквозь зубы:
- То есть вы на его стороне?
- Я на своей стороне.
Дядя Семен сделал удивленное лицо. Что, честно говоря, меня поразило. Потому что каждый уважающий себя еврей держит именно свою сторону, а не чью-либо, поэтому они и дожили до нашего времени, а не вымерли, как скифы или другие народности.
- Набили бы ему лицо и всё! – пояснил я свою позицию.
- Это варварский способ решения проблем. Цивилизованные люди договариваются.
- Ну вот, поэтому Вы цивилизованно теперь и нарезаете круги возле забора, пока он «договаривается» с тетей Софой, – развел я руками.
- В Вас, положительно, что-то есть… – покачал он головой.
- Положительно, со вчерашнего дня во мне ничего нет. У меня день рождения, а я еще трезв и маковой росинки во рту не держал, – ответил я.
- М-м-м-м! Так у вас праздник! Поздравляю! – опять протянул руку дядя Сеня.
Конечно, ему было насрать на мой день рождения, просто он точно знал, что его тоже позовут. Поэтому наблюдать свою Софочку он теперь мог не один день, на 9-ое мая, но и сегодня.
- Я ни за что не поверю, что Софочка не накормила Вас!
- Завтрака пока не было. Так что ждем-с!
- Как смотрите на то, чтобы немного отметить наше знакомство и ваш день рождения? – неожиданно предложил бухнуть дядя Сеня.
- Не знаю. Время-то… - я посмотрел на часы, к моему удивлению, было почти 12 дня.
Дядя Семен явно жаждал заполучить в свой стан союзника, поэтому терпеливо стоял и ждал моего ответа.
- Уговорили. На 20 минут! – и я по-тихому вышел из одной калитки и нырнул в другую.
Дядя Семен тоже оказался ни разу не бедным. Новая Е-шечка, самые последние гаджеты. Но я, собственно говоря, и не сомневался, что бедных тут нет. Да и не особо я думал о чужих деньгах. Попав в этот «Рай обетованный», задача была не в том, чтобы «выиграть», а в том, чтобы своё сохранить и ноги унести. Мы присели за стол. Дядя Семен достал водку «со слезой» и небольшую миску, в которой была красная икра, а так же мацу.
- Вы прямо берите мацу, макайте в игру и кушайте, так очень вкусно! – дядя Семен явно демонстрировал свою щедрость, хотя глаза то и дело смотрели за моими движениями: сколько налил? Сколько икры зачерпнул?
- За знакомство! – поднял я рюмку.
- С днем рождения! – поздравил дядя Сеня.
- Ле-хаим! – сказал я. Эту фразу я запомнил еще со времен фильма «Однажды в Америке». Больше на иврите я не знал, по сути, ни шиша!
- Ле-хаим! – и дядя Семен отпил четверть рюмки.
- Дедя Сеня? Ну что это? – покосился я на него.
- А что? – удивился старый еврей.
- За здоровье пьем, за знакомство, а вы водкой, как первокурсница помадой, губы мажете? – махнул рюмку я.
- Прям всю? – спроси он.
- Прям всю! Вы бы видели, как вчера дядя Боря пил! Он вот такой…- я осмотрел графинчик. – Да, нет… Даже поболе графин, фактически в одно лицо выкушал и ни водном глазу.
- Это алкоголизм! – завел Ленкину песню дядя Сеня.
- Алкоголизм – это когда без повода и каждый день в слюни. А сегодня столько поводов, что сам великий еврейский исход из Египетского плена меркнет.
- Ну, все же… – морщился дядя Сеня.
- Вот! Вот про что Вам тетя Софа и говорила: мужская харизма! Жесткость! Уверенность! Выпили – закусили, выпили – закусили. Вот дядя Боря решительный, как конница Будённого! - распалял я мужика на «подвиги».
- Эх! – и дядя Сеня выпил рюмку.
- Ну как? – спросил я.
- Пока не понятно, – пожал он плечами и отломил кусочек мацы.
- Тогда сразу следующую вдогонку,– и я снова разлил.
- Ле-хайм!
- Ле-хайм!
- Ну как? Хорошо ведь? – подмигнул я дяде Сене.
- А ничего, – улыбнулся он. Вы таки знаете, как надо потреблять сей продукт!
- Тверская школа! – улыбнулся я.
- В каком смысле? – покосился он на меня.
- Дача у меня, в Тверской области.
- И там все так пьют?
- Уже нет, – я снова разлил водку.
- Почему?
- Кто-то спился и помер, кто-то закодировался, – улыбнулся я.
- Таки может и нам не стоит так пить? – осмотрел рюмку дядя Сеня.
- Дядя Сеня, вы послушайте, все проблемы с алкоголем от чего?
- От того, что пьют много, – зачерпнул он кусочком мацы икру.
- Нет! Всеобщее заблуждение! Как сказал один умный человек – все болезни от нервов! Алкоголизм – это что? Болезнь. А мы с вами разве нервничаем?
- Нет, – буркнул чуть-чуть захмелевший дядя Сеня.
- Нет, не нервничаем. Пусть нервничают те, у кого зарплата маленькая. Значит, алкоголизм нам не грозит! Еще по одной? – я разлил водку.
- Ле-хайм, – и мы снова выпили.
После 15-ти минут посиделок, дядя Сеня реально захмелел. Я честно не ожидал, что он окажется таким слабеньким. В бухом угаре человека всегда тянет поговорить о наболевшем. Но у дяди Сени, что в трезвом виде, что в пьяном была одна тема: тетя Софа.
- Вот скажи мне, Саш, чтобы ты сделал на моем месте?
- Я? Сел бы в Е-шку, снял баб посиськастее и ушел бы в отрыв.
- А если бы любил больше жизни?
- Кого?
- Софочку! – стукнул по столу дядя Сеня.
- Да Боже упаси! - и я чуть не перекрестился, но вовремя одернул руку.
- Вот не понимаешь ты. Она такая…Такая…
- Большая и мягкая? – разлил я водку.
- Точно, как булочка. А лицо прекрасно, как роза! Э-х-х-х… Ле-хайм, – выпил дядя Сеня.
Я выпил, в глазах стояла «булочка» с цветком розы вместо головы, я чуть не подавился от такой картины.
- Дядя Семен, давай без таких аллегорий, а то у меня уже «черти» начинают пляску перед глазами.
- Так что бы ты сделал? – он уставился на меня. Вот представь на минуту, ты уезжаешь, а твой приятель с Ленкой, а?
- Кто? – покосился я на него.
- Не важно, любой приятель.
- Да черт его не знает. Убил бы, под Троицк к Фалею отвез, там бы его в лесу и прикопали, – пожал я плечами.
- А я так не могу… Я же интеллигентный человек, кандидат наук. Ну какой мне лес? Какой Малей?
- Фалей.
- Не важно. Я вопросы привык вербально решать? Понимаете?
- * вырезано цензурой *, короче! – я разлил остатки водки.
- Вот, не понимаете вы меня, – пронял дядя Сеня.
- Что тут понимать? Ты хозяин в своем курятнике. К тебе забрел чужой петух. Не ты к нему пришел, а он к тебе. Ты должен выдать * вырезано цензурой * и отправить его восвояси. Поклевать зерно и дальше продолжать топтать кур. Ле-хайм! – я выпил.
- Образно, но емко, – я дядя Сеня махнул рюмку.
Махнул рюмку, которая, как оказалось, прикончила престарелого «Ромео». Послышался голос Ленки:
- Саша! Саша! Ты где?
- Я ща, – я встал из-за стола и вышел на крыльцо коттеджа. Тут я, чего орешь?
- Завтракать! Что ты там делаешь?
- Да, мы тут с дядей Сеней знакомились. Сейчас иду.
В этот момент из дома вышла тятя Софа и дядя Боря, которые услышали имя, которое наполняло их «бермудский треугольник» отношений. Являлось, так сказать, самым острым углом в них.
- Ну-ка быстро домой! – поняла в чем дело Лена.
- Секунду, попрощаюсь... – я хотел распрощаться с дядей Сеней и по-тихому пойти завтракать, но не тут-то было. Он во всей «красе» вывалился из дома:
- Софочка!!! – заорал он. Софочка!!! Я петух! Это мой курятник! – орал он на весь поселок.
- Боже…- чуть ли не одновременно охнули Лена и тетя Софа.
- Я тут всех топтать буду! – продолжал орать дядя Сеня.
Вы бы видели лицо дяди Бори. У него был такой вид, как будто только что ему сообщили, что Израиль теперь – это всего лишь район в Курской области.
- Саша, ты открыл мне глаза! Я теперь все понял! Я петух! Я!!! – басил дядя Сеня.
- Я? А что я? – развел я руками, как настоящий Шулерман.
- Саша! Немедленно уведи его в дом! – орала Ленка.
- Ван минут, прелесть моя, – и я начал запихивать дядю Сеню обратно в дом.
Я оттащил его к дивану и усадил.
- Ты видел? Видел, как она на меня смотрела!
- Конечно, видел! Все, сейчас байки, а потом она сама прибежит, – пожимал я руку дяди Сени.
- Вот! Вот она – харизма, вот она! Прям прет! – дядя Сеня опрокинул тело в горизонтальное положение, что-то пробурчал и мирно засопел.
Я смахнул пот со лба, укрыл его пледом и вышел из дома. На соседнем участке стояли три статуи, две были без * писюна *. Но все были недвижимы.
- Ты с ума сошел? – накинулась Ленка. На полчаса, полчаса оставила без просмотра!
- А чего я? Он сам пристал. Давай за встречу, давай за встречу, – пожал я плечами.
- Что ты врешь! Дядя Семен вообще не пьет!
- Теперь пьет. Я научил, как жить надо. Не все ему ваш забор майкой обтирать, – улыбнулся я.
- Захен вэй, – покачала головой тетя Софа, сообразив, кого им племянница привезла.
- О, Господи, матушка вазуза, не потопи город Цису, - закатил глаза дядя Боря.
Женщины молча пошли в дом, дядя Боря чуть задержался и дернул меня за руку. Я остановился возле него.
- Я не знаю, как ты это сделал, но жму твою руку. Честно, он достал уже отсвечивать возле дома, – и дядя Боря пожал мне рук.
- Да, за ради Бога, обращайтесь! – улыбнулся я.
- А ты не так прост, – погрозил он мне пальцем.
Так мы на время потеряли одного из многочисленных родственников Елены. Но работы было еще непочатый край…


Продолжение следует…

_________________
No need to speak up I was ignoring you!


Догори
 Тема повідомлення: Re: Саша Шулерман
ПовідомленняДодано: 22 вересня 2014 13:42 
Judge
Аватар користувача

З нами з: 12 лютого 2005 15:54
Повідомлень: 705
Звідки: у бомжа печенье? о_0
Часть 3


Войдя в дом, мы сели за стол. В воздухе летали искры праведного еврейского гнева. Что тетя Софа, что Ленка – явно бесились. Дядя Боря отчасти был рад, но озвучить это при жене не мог. Нет, я не рассчитывал на союзников в этой «русско-израильской войне», просто надо было что-то решать. Возможно, я поторопился убрать дядю Сеню с горизонта, но в этом были свои расклады. Данная «интеллигентная бомба замедленного действия» сейчас сопела на диване, но в час «Х» она проснется, жахнет, и обязательно полетит в нужном мне направлении. Мне нужно было время. Время, чтобы пройти по поселку освоиться. И устроить себе тот день рождения, который я хочу. Но, пока я был привязан к Ленке и ее родственникам, я особо никуда не мог дернуться. Пока я размышлял, Юстес, она же тетя Софа, уже во всю делала доклад Алексу – матери Ленке.

- Нет, ты представляешь! Напился! – орала на весь дом тетя Софа. А он?! А он как огурчик! Сказал, что жизни научил. Ты представляешь? Он Семена жизни научил! – причитала тетя Софа.
- Доволен? – уставилась на меня Ленка.
Дядя Боря молчал.
- Лен, да что я сделал-то? Он предложил выпить за мой день рождения, вот и выпили. А то, что он после вашего сериала под названием «Евреи тоже плачут» так нахрюкался, я не виноват.
- Саша! – постучала Ленка по столу, - что ты мне тут мозги тут делаешь? Я что, не знаю, как ты людей накачиваешь? Для чего ты это сделал?
- По голове себе постучи, а не по мебели, может чушь тогда перестанешь нести!
Дядя Боря в это время удивленно попеременно смотрел то на меня, то на Лену. Для него такая разборка была так же экзотична, как для меня его рассказы про еврейскую кипу. В семье дяди Бори и тети Софы или тети Софы и дяди Сени, или родителей Ленки, или тети Розы и ее мужа все было просто. Мужики требовали только трех вещей. Так, например, ленкин отец требовал чистого выглаженного белья, готовой еды и несколько часов до обеда каждые выходные, чтобы его никто не трогал, так как он писал мемуары. Дедя Боря требовал еды, чистой одежды и чистого ковра, на котором он делал утреннею гимнастику. Короче говоря, две вещи – еда и чистое белье – оставались неизменными. Третья вещь была переменна, в зависимости от бздиков того или иного мужика. Жены не указывали, что делать мужьям, мужья не * вырезано цензурой * мозг женам – все просто и понятно. Но новое поколение и, соответственно, новые отношения пришли в обитель детей Авраама и нарушили всяческий покой. Поэтому дядя Боря и смотрел на нас, как на инопланетян, которые, не успев прилететь, уже устраивали разборки.
- Я тебе говорила – не пей! Говорила – веди себя нормально! – истерила Ленка.
- Слушай, прЫнцеса из Хайфы! Я тоже тебя просил вовремя готовить завтрак, не иметь мне, и без того загруженные проблематикой жизни, извилины. И что? – я быстро перевел стрелки.
Дядя Боря сидел, открыв рот. Было бы вокруг нас народу по больше, он организовал бы тотализатор под названием «кто выиграет словестную дуэль?»
- Я… Я проспала… И сам говорил, что готовить не умею!
- Зато мозги иметь научилась! В собственный день рождения я жду завтрак полчаса, пока тетя Софа носится, как угорелая и готовит. Уже по родственникам твоим пошел подъедаться! Дядя Боря голодный сидит! – давил я.
- Я… Я… – Лена не успела оправдаться, как я произвел контрольный выстрел:
- …красавица и умница! Сотрудница нефтяной компании и все дела. Но тут ты женщина, у которой мужик голодный, помятый и несчастный в собственный день рождения!
Шах, сука, и мат! Не хера * скушал автоцензор * мозги мужику за пьянку, коли у самой рыло в полуфабрикатах!
- Лен, при всем родственном положении, Саша отчасти прав, – развел руками дядя Боря. – Ты пригласила гостя, да еще и в день рождения, а праздником и не пахнет.
- Да какой праздник, дядь Борь? Тут даже рыбой фиш не пахнет! Ни фиш, ни рыбы, ни праздника! – воскликнул я.
- У тебя аллергия на рыбу! - поспешила вставить Ленка.
- Дядя Борь, у вас есть аллергия на рыбу? – спросил я.
- У меня? Нет, – пожал он плечами, не понимая, куда я веду.
- Вот! Сейчас бы дядя Боря ел рыбу фиш, а я бы радовался. Потому что день рождения – это праздник, радость!
- А тебе-то какой профит с того, что дядя Боря ел бы?
- Вот! Основная твоя проблема, в том, что ты профиты ищешь, а не живешь! Дядя Боря почти родственник, а что хорошему ему, то и Шулерману, то есть мне, приятно! – поднял я палец вверх.
Мне срочно нужен был хотя бы временный союзник, и дядя Боря подходил под это дело лучше всех. Если он смог у дяди Сени отбить тетю Софу, значит имеет на нее влияние. Смотря на них, я не понимал, чем. Возможно, это самое влияние находилось в штанах у дяди Бори, но проверять этого не хотелось, да и не представлялось возможным. Поэтому я действовал наугад. Тетя Софа, понятное дело, была в оппозиции. Туда же, после телефонного разговора, скорее всего, перекочевала и Ленкина мать. Сама же Лена постоянно строила из себя начальницу, поэтому ее надо было запхать на кухню и забыть про нее на какое-то время.
- Поговорила! К пяти собираемся у твоих, Лен. Надо будет кое-что приготовить к столу, сейчас скоро Розочка подъедет и начнем.
- Да, я знаю, я маме звонила уже, – сказала Ленка.
На моё счастье, батя Лены был занят своими мемуарами и до 5-ти вечера просил абсолютной тишины, поэтому долгожданное знакомство было немного отложено. Наверно, писал про то, как поднимал целину среди дальневосточных зябликов и ровнял сопки в окрестностях Манчжурии. А вообще, я всегда завидовал людям, которые могут написать мемуары, после прочтения, которых граждане скажут: «Вот это человек был! Человечище!». В моих мемуарах будет написано коротко: «Прожил как разъебай, но ему на это было по херу!» Кто-то тлеет всю жизнь, а кто-то горит, предпочитаю второе.
- Саша, ваше поведение вызвало некоторое недоумение у меня и не только! – заявила тетя Софа.
Я покосился в сторону дяди Бори.
- Софочка, дорогая, на минуту, – привстал дядя Боря.
Бах! Шварк! И в дамки! Ставка на престарелого еврея сыграла, стучащую «булочку», с розой вместо башки, он нейтрализует сейчас. Теперь оставалась привязать дам к кухне и вытащить дядю Борю на «секретный» объект, для проведения операции «Мой день рождения!»
- Саша? Ну что ты завелся? – взяла мою руку Лена.
- Ничего! А ты что наезжаешь? Я что, напился?
- Нет, – пожала она плечами. Но зачем дядю Сеню накачал?
- Опять ты за своё! Я не виноват, что ваши еврейские «марафонцы» пол-литра за 20 минут «пробегают» и падают.
Дверь распахнулась, и в проеме двери я заметил женскую фигуру с пакетами:
- Захан вэй, почему в этом всегда гостеприимном доме не встречают тетю Розу! – прокричала дама.
- Ой, тетя Роза! – и Ленка побежала встречать тетку.
- Ни один шлимазл в этом доме пакеты не возьмет и тапочки не предложит! – вздыхала тетя Роза.
Я пошел вслед за Ленкой, чтобы взять пакеты, в это время тетя Софа и дядя Боря дискутировали наверху, как нормальные люди, не привлекая всеобщего внимания.
- О! А это кто? – увидела меня тетя Роза.
- Это Саша, мой молодой человек, – сказала Лена.
- Дай тетя Роза на тебя посмотрит, – подошла она ко мне. Ой-ой, глазки темненькие, губки пухлые… Ну-ка улыбнись? - приказала он мне.
- Зачем? – удивился я.
- Зубы твои посмотрю! Нам наследственность с хорошими зубами нужна!
- Я вам что, конь?
- Ну, конь – не конь, а стоматолог стоит больших денег, доложу я тебе! А у нас в родне стоматологов нет! Как представлю, аж дурно ставится. Еврейская семья и без стоматолога?! Нонсенс! Так и не родили ни одного, даже самого паршивого, вот теперь платим огромные барыши на сторону, – сокрушалась тетя Роза.
Я улыбнулся.
- Хм… Передние – керамика что ли? – покосилась она меня.
- Да. В драках по молодости потерял, – пожал я плечами.
- Погромы начнутся, тебя вперед толкнем, чтобы толпу сдерживал, раз руками махать умеешь! – рассмеялась она.
- Спасибо за доверие, – ухмыльнулся я.
- Нормальный парень, Ленка! И грудь волосатая и звезда – все на месте. Ему бы еще кипу. Но это к Боре. У него этих «еврейских бейсболок», как у Мойше Либермана долгов, – и она сделала паузу. Если не пригодится, ты мне его на юбилей приводи, – она подмигнула Ленке и похлопала меня по плечу.
Увидя мою *вырезано цензурой* рожу, она рассмеялась и добавила:
- Не бойся! Тетя Роза шутит. Я богатых люблю. А у тебя даже Ролекса нет. Есть у тебя Ролекс? – опять подмигнула она.
- Нет, только Брегет, но я его заложил, чтобы Феррари купить, а Феррари отдал в счет квартиры на Тверской, – улыбнулся я.
- Многоходовая комбинация по превращению дерьма в золото! Молодец. Ты мне определённо нравишься. Не останавливайся, и, возможно, когда-то тетя Роза тебя полюбит. А любовь тети Розы дорогого стоит, это тебе каждый скажет. Ладно, берите пакеты, пошли на кухню, я что-то утомилась, пока сюда шла. Надо транспортер что ли по поселку протянуть…
Мы расположились на кухне.
- А где эти «извращенцы»? – спросила тетя Роза.
- Они наверху, сейчас придут. У них разговор. Дядя Сеня напился, – пояснила Лена.
- Семен?.. Этот малахольный позор израильского народа напился?! Лена, ты, по-моему, сама у дяди Бори все запасы Ярдэна выпила! – удивилась тетя Роза.
- Нет, правда. У Саши сегодня день рождения, вот они с дядей Семеном и выпили. После чего дядя Семен устроил сцену. Кричал на весь поселок про то, что любит тетю Софу, что он петух какой-то, – пожала плечами Лена.
- Ни какой-то, а главный петух в своем курятнике! – добавил я.
- Ты его напоил? Семен – главный петух? – посмотрела на меня тетя Роза.
- Да, – пожал я плечами и полез в холодильник.
- Мальчик, у вас большое будущее! И что? Что еще он говорил? Тете Розе нужны подробности!
- Ну, что говорил… Что петух, что топтал тут всех и так далее. А потом Саша его увел, – сказал Лена.
- Это восхитительно! Как есть восхитительно! Срочно надо звонить тете Рае и рассказывать ей эту историю! Семен напился! Захен вэй. Это поистине событие.
- Да что вы так все это раздуваете? Напился и напился, я, например, год назад… - не успел я договорить, как Ленка пнула меня в бок, вследствие чего я замолчал.
- Саша, вы не понимаете! Семен – большой человек в финансовых вопросах, он все просчитывает до капли и монеты. «Мера – вот всему голова» - его любимая фраза. А тут такое! Максимум, что он всегда выпивал – четвертинку водки с икрой.
- Да, она тоже была. Мы ее всю съели под водку. Паршивая, кстати, – зевнул я и открыл бутылку пива.
- Вы съели всю икру у Семена? Из такой красивой мисочки?
- Да, а что?
- Это восхитительно, - не переставала тараторить тетя Роза.
* девушка легкого поведения *, не перестанете меня заебывать тупыми вопросами и разговорами, всех тут напою к херам, уложу к этому Семену под бок и сожру все в одно лицо. Оставлю Вам тут иудейскую пустыню и отпечаток русской ноги, обутый в китайский кроссовок, – подумал я.
В это время появились дядя Боря и тетя Софа. Явно мужская доминанта взяла вверх, так как дядя Боря улыбался, а тетя Софа была явно пристыжена мужем.
- Софа! Боря! Вы уже слышали? – спросила тетя Роза.
- Мы не слышали, мы видели, – буркнула тетя Софа.
- Ладно, у Саши сегодня день рождения, давайте хоть на время забудем про этот инцидент, – сказал Лена.
Хоть тетю Розу и распирало во все стороны, но она спрыгнула с темы бухого финансиста и заговорила про еду на праздничный стол.
- Саш, что приготовить? – спросила Лена, явно все еще прибывающая под воздействием разговоров про готовку и взглядов дяди Бори.
- Не знаю. А приготовь креплах!
- Креплах!.. – протянула Лена.
- Да!
- Достойный выбор, – похлопал меня по плечу дядя Боря.
Я в душе не ебал, был этой достойный выбор или нет. Я даже не знал, что это такое. Просто однажды на кухне в ресторане отеля я услышал ругань повара: «Креплах им подавай! Да мы * вырезано цензурой * с ним! * вырезано цензурой *!». В это время как раз заезжала израильская делегация. Я знал только одно: креплах – это геморрой, а значит – время. То есть, на пару часов Лена будет привязана к теткам и плите.
- Лен, поможем, – сказал тетя Роза.
- Вот и славно! А мы пока с дядей Борей отойдем, – сказал я.
- Куда? - удивился он.
- Прогуляемся, – подмигнул я и взял бутылку коньяка.
- Саша! - рявкнула Елена, испугавшись, что и второго дядю тоже скоро придется укладывать.
- Это в подарок!
- Кому?
- Пока не знаю. Но скоро узнаю.
- Саша, я тебя умоляю.
- Короче, жарь креплах и смотри, чтобы не жесткий был.
- Кто? – покосилась на меня тетя Роза.
- Креплах, кто ж еще, – пожал я плечами.
- Его вообще-то варят, - не понимала тетя Роза.
- Ну, значит варите, а потом жарьте! Все, дядь Борь, пошли, – и мы вышли из кухни.
Как оказалось позднее, креплах – это еврейский треугольный пельмень, но по моему требованию его не только сделали и сварили, но и зажарили.
Когда вышли за территорию участка, я остановился.
- Дядь Борь, я вчера при въезде видел сторожку охраны. А сегодня, когда от дяди Сени шел, увидел мужика в казачьей форме. Вас казаки что ли охраняют?
- Да. Договор с казачьим обществом кооператив заключил.
- Короче, мне к их главному надо!
- Зачем?
- Не важно, надо.
- Саш, они тут особо ни с кем не разговаривают. Они – как милиция. Вроде бы есть, но лишний раз лучше с ними не пересекаться.
- Дядь Борь, я услугу оказал? Назойливый предмет сопит под пледом. Вы просто покажите, с кем поговорить и все?
- Ладно, только сам с ними разговаривай. Я их стороной обхожу, – и он пошел вперед.
- Правильно делаете, – буркнул я.
- Что? – обернулся дядя Боря.
- Говорю: «Будь благословенен народ еврейский», - ответил я.
- А, да! Будь благословенен!
Я шел и немного отстал от дяди Бори, незаметно снял звезду Давида и надел цепочку с крестом. Затем застегнул куртку спортивного костюма и догнал своего «напарника». По дороге дядя Боря показывал на дома соседей и рассказывал, кто они и откуда. Такое впечатление, что он знал все и про всех. Хотя, имея такую родственницу, как тетя Роза, это было не мудрено.
- А где дом Лениных родителей? – спросил я.
- Там, – махнул он рукой. К лесу примыкает. Там два дома на участке.
- А два зачем?
- В одном бабушка с дедом живут. Храни Господь этих стариков! Вы себе не представляете, как отец Софочки тору читает, а ведь старик уже!
- Будем время, почитаем, – задумался я.
- Что почитаем? – спросил дядя Боря.
- Что будет, то и почитаем, – все так же пребывая в своих мыслях, ответил я.
- Странный Вы, – улыбнулся он.
Мы дошли до небольшого домика, который был неким штабом казаков, которые были отряжены для охраны дачного поселка.
- Как главного зовут?
- Степан Алексеевич вроде. Сейчас я посмотрю, у меня записано, – дядя Боря достал телефон. Да, точно, Степан Алексеевич.
- Понял, ладно, я пошел, скоро буду, – и я вошел в избушку.
Что мне надо было от этих казаков? Нормальным людям этого не понять. Но, если объяснять на пальцах: душа требовала пати в этом сонном еврейском царстве. А если серьезно, каждый мой день проходил под песню: «Едут по Берлину наши казаки». Так повелось со времен моего рождения, эта была любимая песня деда-фронтовика. Есть легенда, по которой, когда я рождался, под крики матери и вопли пьяных врачей по отделению неслось: «Едут по Берлину наши казаки». Поэтому каждое восьмое мая весь многоэтажный дом, ресторан или дача, слушают, как казаки * вырезано цензурой * по Берлину, и ничто и никто это не в силах изменить. Даже после моей смерти над кладбищем, где я буду лежать, незримые казаки на дончаках будут шагать по покоренному Берлину. А тут все очень удачно совпало: и казаки есть, и день рождения – грех упускать такой шанс. О своих планах я никому рассказывать не собирался, зачем переводить всю еврейскую родню в горизонтальное положение, сопровождаемое сердечными приступами, раньше времени?
- Есть, кто живой? – постучал я в дверь, которая вела в импровизированный кабинет.
- Заходите, что стоите, булки мнете! – послышался суровой голос.
Я немного расстегнул ворот спортивной куртки и вошел в дверь.
- Здравствуйте, мне бы Степана Алексеевича увидеть.
- А что на него смотреть, икона он что ли? Говори, чего надо, – вздохнул здоровый мужик.
- Вы, значит, Степан Алексеевич! У меня к вам дело, – я достал бутылку коньяка и поставил на стол.
- Уберите! Мы не употребляем! За пьяный вид у нас розгами осыпают!
- И по праздникам?
- По праздникам можно, для аппетиту, – крякнул от удовольствия мужик.
- Вот! У меня как раз сегодня праздник – день рождения. Но в силу определённых обстоятельств, я фактически оказался на чужбине. Среди людей не очень близких мне ни по духу, ни по вере. Понимаете?
- В секту, что ли, попал? – покосился на меня мужик.
- Можно и так сказать. Секта служителей зеленым бумажкам и правильного образа жизни.
- И такие есть? – глаза казака все больше увеличивались.
- Ой, да чего только на нашей земле нет. Ладно, не в этом суть. Мне нужна ваша помощь!
- Ну, секта… Это милицию надо вызывать, - пожал он плечами.
- Давайте по пять капель, а? А то разговор как-то не клеится.
- Нет.
- А за наступающее 9-е мая? За дедов? За люд Православный, который, животы не жалея, защитили землю родную? Вырвали немецкой гидре яйца и вытерли русские сапоги о немецкие мостовые!
- У-ф-ф-ф… Давай, – крякнул мужик.
- Вот это дело!
Казак достал два гранённых стакана.
- За дедов! По полной! – предложил я.
- Насыпай! – показал казак.
Мы выпили.
- Понимаете… - начал я.
- Давай на «ты». Степан я, – он протянул руку.
- Саша Шу….- осекся я, - Саша Шувалов, просто Саша, короче.
- Так что случилось у тебя?
- Короче, девушка у меня есть. Красивая, ладная. Короче, девушка. Но есть один косяк – она еврейка, а у них все строго, чинно, благородно. А душа праздника требует!
- И что? Тут вон пол поселка и Кацы и Шмацы, кого только, прости Господи, нет, – перекрестился казак. Разве ж в национальностях дело? Девка-то справна?
- Ну, так. Бузит иногда, но в целом нормальная.
- Бузит – нагайкой ее, а если справная – люби и все. Какая * вырезано цензурой * разная, кто она? Мир уже давно с ума сошел, вон, мужики на мужиках женятся в Англиях этих... Ф-у-у-у, срам, прости Господи…
- Да в том и дело, что я к ним фактически ко всем и приехал. Все сегодня на моем дне рождения будут!
- Они? – показал казак за окно, где мелькал дядя Боря.
- Да.
- Все?
- Да!
- У-у-у-у, – и казак разлил коньяк и залпом выпил.
- У вас есть ребята, которые на гармони играют? – спросил я.
- Есть, но 7/40 ихние играть не будут! – занюхал рукавом казак.
- А мне они и не нужны, как раз наоборот. А петь умеют?
- А * вырезано цензурой * гармонь, коли петь не умеешь? Гармонь - не баба, ее не тискают, на ней играют, когда душа поет, а когда душа поет – и песни льются, – сказал задумчиво казак.
- Вот! То, что мне надо. Короче. Ты можешь мне пару казаков с гармонью на время одолжить, чтобы они одну песню или две сыграли?
- Они что тебе, гондоны? Прости Господи! Одолжи, х-м-м-м, – хрюкнул какзак.
- Я заплачу, – и я достал из кармана несколько тысячных купюр.
- А, это уже дело! Так что спеть-то надобно?
- Во время торжества я наберу на телефон, и они, как бы проходя мимо, зайдут на участок и там сыграют «Едут по Берлину наши казаки», ну а потом пусть вмажут что-нибудь на свое усмотрение.
- Сильно! – пожал он мне руку.
- А то! Ну, так что?
- А дом где находится?
- Возле леса. Там на участке два дома.
- Слушай, это не мое, конечно, дело, но там какой-то шибко умный мужик живет. Оттуда постоянно жалобы на соседей приходят, что те шумят и думать ему мешают. Он такой, * девушка легкого поведения *, умный, что даже сосны на его участке в сторону дороги клонятся под воздействием его гениальных мыслей наверно!
- Ничего, сегодня он думать не будет, сегодня он гулять будет! Пусть лошади думают, у них головы большие.
- Ну, смотри, под твою ответственность, – и казак убрал деньги.
- Без проблем! Вы главное сыграйте, а потом они уже не оклемаются, – улыбнулся я.
Мы еще выпили и распрощались до 6-7 вечера. Я вышел из кабинета, снял крест и нацепил цепочку со звездой Давида. Дядя Боря стоял и пинал камушки на дороге, ожидая меня.
- Все! Все отлично, - сказал я.
- Ну, наконец-то! Я уже думал в милицию звонить.
- Зачем?
- Ну, мало ли…
- Ой, все у вас через органы правопорядка. Дядя Борь, а магазин у вас тут далеко?
- Да нет, за тем пролеском.
- Может, по пиву, вы как? Я угощаю!
- Так, дома…
- Дома женщины, чего им мешать? По бутылочке? Вы как раз мне про различные кипы доскажете?
- Можно, – пожал плечами он. Так о чем вы разговаривали?
- Не важно. Главное, что все в порядке. Врежем рок в этой дыре, дядя Боря! – приобнял я его.
- Чего? – покосился о н на меня.
- Говорю: «Если горы нет и Магомеда нет, то его надо придумать, гору насыпать и его туда закинуть».
- Это из Корана? – покосился на меня дядя Боря.
- Почти… - улыбнулся я.
Мы пошли с дядей Борей в магазин…

Продолжение следует…

_________________
No need to speak up I was ignoring you!


Догори
 Тема повідомлення: Re: Саша Шулерман
ПовідомленняДодано: 22 вересня 2014 17:29 
Профи
Профи
Аватар користувача

З нами з: 14 листопада 2006 23:40
Повідомлень: 3824
Блин, тру стори, бро!

Жду с нетерпением след. части..

_________________
Мода - это то, во что одеваемся мы сами. Немодно то, что носят другие.© Уайльд Оскар


Догори
Показувати повідомлення за:  Сортувати за  
Створити нову тему  Відповісти  [ 4 повідомлень ] 

Часовий пояс UTC+03:00


Хто зараз онлайн

Користувачі, які зараз переглядають цей форум: Немає зареєстрованих користувачів


Ви не можете створювати нові теми у цьому форумі
Ви не можете відповідати на теми у цьому форумі
Ви не можете редагувати ваші повідомлення у цьому форумі
Ви не можете видаляти ваші повідомлення у цьому форумі
Ви не можете додавати файли у цьому форумі